/

Сергей Урсуляк: «Исаев» и «Ликвидация» – два разных способа рассказа


Ведущий: Осенью 2009 года на экраны выходит новый сериал с коротким и очень емким названием "Исаев". Если кто не знает, то это фамилия знаменитого разведчика, известного в окружении Третьего рейха как штандартенфюрер СС фон Штирлиц, фильм о молодых годах разведчика по мотивам произведений, кстати, тоже Юлиана Семенова. Снимает его режиссер Сергей Урсуляк, автор уже нашумевшей "Ликвидации", и он сегодня гость нашей студии вместе с культурным обозревателем радио "Вести ФМ" Антоном Долиным.


Долин: Сергей сейчас лихорадочно заканчивает работу над фильмом, который уже в воскресенье окажется в эфире телеканала "Россия". И я начну с вопроса немножко ритуального. Кто он такой для тебя этот человек - Исаев? Ведь назвать фильм одной короткой фамилией, которая, несмотря на объяснения, которые сейчас прозвучали в эфире, наверное, не всем зрителям сразу что-то скажет, это довольно рискованный и смелый шаг.

Урсуляк: Ты знаешь, самое смешное, что мы не предполагали назвать этот фильм "Исаев".

Долин: Ах, вот оно что!

Урсуляк: Да. Мы не придумали название и вначале просто обозначили съемочную группу "Исаев". Ну, как мы назовем? – "Исаев". У нас два романа, называть по названиям романов - это очень длинно. "Пароль не нужен", "Бриллианты для диктатуры пролетариата" - выговорить невозможно.

Долин: Скороговорка, да, типичная.

Урсуляк: Совершенно верно, да. И мы решили для себя назвать "Исаев". Исаев – Исаев. Исаев – Исаев, а потом придумаем что-нибудь лучше. Выяснилось, что как "Исаева" его начали рекламировать, как "Исаева" его начали фотографировать, как об "Исаеве" начали о нем писать. И мы попали, в общем, в положение, когда мы уже не можем назвать по-другому. И вот назвался теперь "Исаев". Правда, "Исаев. Фильм первый "Бриллианты для диктатуры пролетариата" и "Исаев. Фильм второй "Пароль не нужен".

Долин: Самое смешно, что ведь, я думаю, что не все даже страстные зрители "Семнадцати мгновений весны" подозревают, что Исаев – это тоже не настоящая фамилия этого героя.

Урсуляк: Да, предыдущая фамилия его была Всеволод Владимиров, и это его настоящее имя, с которым он начинает свою жизнь. Но довольно быстро становится Исаевым, объясняет, почему Исаев, так что это зритель узнает.

Ведущий: То есть много чего будет выяснено такого, о чем...

Долин: В этом можно не сомневаться. Сереж, а вот у меня сразу возникает вопрос. Если речь идет о человеке, который, работая в ЧК и, понятно чем занимаясь, конечно же, носит личину, и все герои этой истории – шпионы, двойные, тройные, пятерные агенты и агентши, все это напоминает на самом деле те темы, которые ты затронул в "Ликвидации", хотя, казалось бы, это абсолютно другой мир, другой период, другая эпоха. Это как-то специально тебя интересует, или это вопрос совпадения и такого странного стечения обстоятельств?

Урсуляк: Ты знаешь, что я думаю: я возрастом просто впадаю в детство, и меня начинает интересовать то, что было интересно в детстве. Тайны, шпионы, разведчики, перестрелки, побеги, он – не он, а он – она. Но, ты знаешь, с "Ликвидацией" я бы это не сравнивал, даже как-то не сопрягал совершенно, потому что, это абсолютно разные вещи. Это просто два разных фильма и два разных способа рассказа, две разных истории. И, конечно, же "Ликвидация" в чем-то наивней гораздо, в том смысле, что вот здесь под личиной друга прячется враг. Кто же враг, кто же враг? Здесь таких тайн не будет. Здесь мы с самого начала знаем, что это враг, это друг, это против этого, а этот за это. Кстати, вот чем они связаны, как в "Ликвидации": хотелось, чтобы люди, занимающие различные позиции, люди с различными представлениями о жизни выглядели людьми. Чтобы каждого из них было жалко, чтобы каждому из них мы сочувствовали, чтобы каждый из них имел право на высказывание, каждый имел право на свою жизнь.

Ведущий: Если позволите, я хотел просто спросить. Витали такие слухи, что все-таки Вячеслав Тихонов будет играть в этом фильме.

Урсуляк: Вы знаете, фокус в том, что приезжает ваш брат корреспондент и начинает мне в начале работы, так сказать, задавать интимные вопросы. И я, естественно...

Ведущий: Как тот, например, который я сейчас задал.

Урсуляк: Совершенно верно. И я, естественно, будучи человеком достаточно открытым, начинаю с ним искренне разговаривать. Вот мне бы очень хотелось, говорю я, хорошо бы было, если бы Тихонов сыграл отца Исаева. Но потом я понял, опять же благодаря вашему брату корреспонденту, что вот эта постоянная связка с "Семнадцатью мгновениями", постоянные отсылы и вообще такое желание попасть в семью Татьяны Михайловны Лиозновой, может сыграть со мной злую шутку. То есть не со мной, а с картиной. И поэтому я от этой идеи отказался, тем более что я знаю, что Вячеслав Васильевич не самым лучшим образом относится к Штирлицу.

Ведущий: Но связки все-таки будут, музыка?

Урсуляк: Музыка будет, да. Музыка Микаэла Таривердиева...

Долин: Но другая.

Урсуляк: Но другая, во-первых. А во-вторых, Микаэл Таривердиев – это не просто "Семнадцать мгновений весны", это композитор, с которым я сделал две картины при его жизни, одну картину уже без него. Так что, в общем, это еще и мое личное.

Долин: Возвращаясь к тому, о чем ты сказал, о героях, каждый из которых имеет право на свою правду, так скажем. Ужасно трудно браться за сложившийся и имеющий довольно много удачных воплощений жанр вот такого революционно-приключенческого, шпионского фильма с элементами, не знаю, вестерна или какого-то городского романса, в котором всегда четко было зрителю понятно, поскольку это жанровое произведение, красные – хорошие, белые – плохие. Сейчас, когда тот же самый "Адмирал" становится сверххитом российского проката, во-первых, иногда бывает все наоборот, красные – злодеи, белые – хорошие, во-вторых, вообще, в принципе, теперешний зритель, особенно молодой, понятия не имеет, кто такие эти красные и белые и чем они отличаются. То есть вот этой априорности как бы уже не может быть, и заново ее вводить, наверное, сложно. А если вводить, то это тоже рискованно. Как ты с этим обращался? В книгах Семенова-то все довольно определенно.

Урсуляк: Да, и это была самая большая сложность при воплощении этих романов. Потому что, конечно же, Семенов, по крайней мере, внешне и, по крайней мере, в то время не мог, что называется, по-другому писать. Я не знаю, как мы обошлись. Для меня страшнее всего было в этой истории показать, какие красные хорошие или какие белые плохие, или наоборот. Мне кажется, что, во-первых, на таком материале и на таком промежутке временном нам нужно успокоиться и согласиться с тем, что да – люди совершали разные, да – их поступки привели к разным последствиям, но давайте поверим в то, что и те, и другие были искренни, что и те, и другие хотели хорошего. И, в конце концов, мы ведь рассказываем не о 37 годе, мы рассказываем о 20-х годах, и невозможно вешать, допустим, на красных все, что произошло после 20 года. Как нельзя вешать на нас с тобой все, что произошло после 91.

Долин: Ну, можно, конечно, но стоило ли?

Урсуляк: По-моему, не стоит.

Долин: Скажи... я лично просто как критик в данном случае, а не ведущий этого эфира, совершенно убежден в том, что Сергей Урсуляк – один из тех немногих режиссеров, который даже для какого-нибудь из российских телеканалов может снять фильм вообще без единого узнаваемого лица и актера и сделать фильм и хорошим, и популярным в то же время. Но все-таки опять, как и в "Ликвидации", в "Исаеве" огромный набор так называемых звезд. Во-первых, я понимаю и знаю, что ты со многими из них раньше работал, хорошо с ними знаком и дружишь, но все равно ведь со звездами наверняка сложнее?

Урсуляк: Нет. Ты знаешь, нет. Во-первых, я тебя поправлю, прости, это не так называемые звезды.

Долин: Я просто слово это не люблю.

Ведущий: Это Даниил Страхов, Михаил Пореченков, Ксения Рапопорт, еще целый список.

Урсуляк: Да. Это люди, которые большей частью свою звездность заслужили. Я это говорю, потому что рядом с ними в других фильмах существуют, действительно, актеры, которые слово звезда не заслуживают. Это во-первых. Во-вторых, это действительно замечательные артисты. Замечательные артисты замечательны тем, что они не выдрючиваются. Под крайней мере, когда они видят серьезность намерений, они не выдрючиваются. Я ведь почему многократно приглашаю актеров к себе одних и тех же? Потому что они проверенные. Я знаю, что этот актер не будет себя вести так, как я не люблю. Я знаю, что он не позволит себе того, чего я не люблю. Я знаю, что он не сможет сказать что-то, что мне не понравится, а это крайне важно, когда ты работаешь с человеком, которому... ты раскрываешься, а он раскрывается тебе. Мы с актерами, не зависимо от пола, поймите меня правильно, вступаем в достаточно интимные отношения, и это можно делать только когда ты искренне любишь человека, с которым ты работаешь.

Долин: Ну, когда видишь на экране в твоих фильмах того же Сергея Маковецкого, всегда ощущение, что вы вообще друг без друга не можете, что он неизбежен теперь в каждом твоем фильме, и всегда тебе особенно дорог его персонаж, сколь бы, не знаю, противным он ни был по сюжету.

Урсуляк: Действительно, Сережа Маковецкий мне очень близок. Но, понимаешь, при этом удивительная вещь: в промежутках между фильмами мы крайне редко созваниваемся и еще реже встречаемся. Встречаемся на каких-то поводах, равно как и с другими актерами. То есть эта наша любовь – она, так сказать, такая... я бы сказал, временная, но достаточно острая.

Долин: Если сравнивать фильм с "Ликвидацией"… Там был главный герой Машков – звезда, действительно, всем известный актер. Тут главный герой Даниил Страхов, и когда его окружают такие зубры, как Михаил Пореченков, или Константин Лавроненко с его каннским призом, или Сергей Маковецкий - как этому юноше, столь хрупкому на вид, не потеряться и стать все-таки настоящим героем в этом фильме, который еще не сольный фильм, а, в общем, как я понимаю, абсолютно ансамблевый?

Ведущий: Который, если позволите, сказал, что Штирлиц возникает в таком образе еще не очень опытного разведчика, не без легкомыслия, всяких страстей, "любовей" и тому подобное.

Урсуляк: Ну, я тебе так скажу... я вам так скажу, я вам всем так скажу. Здесь очень правильное соотношение. Исаев в этом фильме соотносится с персонажами, которые его окружают, ровно в той же мере, в которой Даниил Страхов соотносится с теми актерами, которые его окружают. Мне кажется, это пошло на пользу. При этом я хочу сказать, что мне с Даней было приятно очень работать, он меня ни разу не подвел, он очень серьезно относится к тому, что он делал, и... Другой разговор, что судить о том, что у нас получилось, мы сможем, по крайней мере, через две недели.

Долин: У нас заканчивается эфир. Кратко, буквально в одной фразе, в двух фразах, для кого, по-твоему, этот фильм? Для кого ты его делал, и кто, ты бы хотел, чтобы его посмотрел?

Ведущий: У нас 20 секунд.

Урсуляк: Я бы хотел, чтобы этот фильм посмотрели все, поскольку все смотрят канал "Россия".

Долин: Спасибо, Сергей, за этот прекрасный ответ, афористичный, к которому нечего просто добавить. Сергей Урсуляк, режиссер фильма "Исаев" был в нашем эфире. А фильм "Исаев" будет на канале "Россия" уже в воскресенье.

Ведущий: А также в студии был еще наш культурный обозреватель Антон Долин.

08 октября 2009 г.,  18:09

http://www.vesti.ru/doc.html?id=319516

comments powered by Disqus