/

Сергей Урсуляк: «Штирлица повторить невозможно»

Режиссёр - о «красной» и «белой» правде и «Ликвидации-2»

Когда Сергей Урсуляк ещё только обмолвился о том, что собирается снять сериал о юности легендарного разведчика Максима Максимовича Исаева, взяв за основу романы «Бриллианты для диктатуры пролетариата» и «Пароль не нужен» Ю. Семёнова, было понятно, что проект этот вызовет массу эмоций. Потому что Штирлиц, он же Исаев, - это «наше всё». Однако сам Урсуляк к критике относится спокойно.


Сергей Урсуляк: - Я прекрасно понимаю, что соперничать с «Семнадцатью мгновениями весны» нелепо. Это всё равно что пытаться написать современный вариант песни «Священная война» или «День Победы», пытаясь переплюнуть тех авторов. Так что мне бы хотелось, чтобы меня судили по законам того фильма, который снимал я.

«Судить никого не хочу»

«AиФ»: - Когда брались за сериал, книги Юлиана Семёнова перечитывали уже по-другому, с учётом тех акцентов, что расставило новое время?


С. У.: - Конечно, перечитывал! Но подобного подхода я не люблю: вот, изменилось время, и мы теперь против «красных». А завтра время изменится - и мы снова примем их сторону. Мы же вообще «двинутые» на своей истории. Причём двинутые не в смысле серьёзного её изучения, а в эмоциональном плане. И, как только речь заходит о героях или участниках революции, мы тут же тех, кто действовал тогда, в 20-е годы, проверяем всей советской властью. Включаем туда и 1937, и 1949 гг. и прочие чёрные страницы истории. Да, тогда происходило много всего, в том числе и страшного. Но всё равно было ощущение, что, может быть, эти трагедии, страдания не напрасны. Что в этом есть какая-то правда, что-то, что искупит эти жертвы и несправедливости. И судить я никого не хочу.
И вообще... Нам бы с сегодняшним днём разобраться. Если бы мы с такой же горячностью пытались решить нынешние проблемы, думаю, нам всем жилось бы легче.


«AиФ»: - В фильме начальник спрашивает Исаева: «А вы, Максим Максимович, за кого - за «красных» или за «белых»? А вы, господин режиссёр, за кого?

С. У.: - Я не могу быть за «белых» - по происхождению, по стране, в которой вырос. Я - советский человек, и никуда от этого не деться. Я могу цеплять на себя какие угодно маски, но внутри не стану другим. Я прекрасно понимаю, что революция - в какой бы стране она ни происходила - это чудовищная вещь. Хотя бы потому, что почти никогда не бывает бескровной, что на смену революционной романтике всегда приходят чудовища. И те, кто делал революцию, под их натиском погибают. Я не за «красных» и не за «белых». По-моему, у каждого тогда была своя правда, никто не хотел зла России. Не надо считать, что одни были ангелами, а другие - наймитами Германии. Всё гораздо сложнее. Не верю я в то, что революция могла произойти просто потому, что немцы дали большевикам деньги. Так не бывает! Ведь и события 1991 г. легче всего объяснить происками мировой закулисы. Но нет! 70% населения страны были рады августовскому перевороту. Но опять же, как говорил Чехов, если бы знать!..


Время великих прошло?

«AиФ»: - Режиссёры, которые сегодня снимают исторические картины, жалуются, что тяжело подбирать типажи - слишком уж лица у нас изменились.

С. У.: - Да уж, лица молодых сегодняшних актёров хороши для программы, где бьют по морде на ринге, но не очень хороши для изображения каких-то мыслей. И в связи с этим выбор у меня был небогатый. Но хороший артист отличается тем, что, например, лицо Серёжи Маковецкого можно прилепить к любой эпохе, и он в этой эпохе и остаётся. И Даниил Страхов, играющий молодого Исаева, - из тех актёров, в ком виден интеллект. Хотя задачи сделать из него второго Тихонова не было. Тихонов - слишком яркая индивидуальность. Его имитировать невозможно.


«AиФ»: - И критики, и зрители часто сегодня сетуют на то, что эпоха больших актёров закончилась.

С. У.: - С одной стороны, это так. С другой - уходит не только поколение великих артистов, поколение великих зрителей тоже уходит. Зритель сегодняшний - он ленивый, не ищущий. Что пришло к нему на экран, то и будет смотреть. Тех людей, которые, как мы в своё время, поехали бы в другой город, чтобы посмотреть идущее только там «Зеркало» Тарковского, сейчас очень мало. Большие актёры-то у нас есть. Уверяю вас: Володя Машков - артист выдающийся. Выдающийся! И после роли Гоцмана в «Ликвидации» его полюбили безоговорочно. Просто изменился масштаб воздействия - зрительская аудитория скукожилась. Когда раньше выходила картина и её в течение первого года смотрело 50 миллионов человек, то актёры купались в этой зрительской любви. Я физически ощущал, когда работал с Ульяновым, Тихоновым и Ефремовым на «Сочинении ко Дню Победы», что у них светятся тела от этого народного обожания. Есть ещё и третья сторона проблемы - драматургия. Я недавно пересмотрел фильм «Председатель». То, с чего, по сути дела, начался великий артист Ульянов. Уровень задач, которые ставятся перед артистом, - это тоже воспитывает актёра. А когда он приходит на съёмочную площадку и слышит: «Ну, давай, сыграй, как умеешь!» - на этих дрожжах не вырастут актёры, способные заполнить великое пространство великой страны.


«AиФ»: - И последний вопрос, встречающийся чуть ли не в каждом втором приходящем в редакцию письме: будет ли продолжение «Ликвидации»?

С. У.: - Ой (вздыхает)… Я бы не хотел… Хотя и люблю эту картину. Отвечу так: «Ликвидация-2» возможна лишь в том случае, если будет написан сценарий не хуже, чем «Ликвидация-1».


Автор: Юлия Шигарева
Статья из номера: АИФ №42 от 14 октября 09


http://www.aif.ru/culture/article/30103

comments powered by Disqus